Что значит наследовать мастеру: слепо заимствовать его достижения? Или с чем-то спорить, в чем-то двигаться дальше? Лучшим ответом явится, очевидно, творчество В. Пудовкина: новые поиски, новые открытия,- именно о них и пойдет в дальнейшем речь. Все внимание этого мастера будет брошено на то, чтобы в процессе революционного брожения масс вычленить отдельные судьбы, проследить динамику человеческого характера.
И вот оно, исполненное воли и решимости, осененное знаменем женское лицо,- оно уже не оставит нас, уже не забудется,- лицо Ниловны из фильма В. Пудовкина «Мать». Нам опять-таки покажут, как этот фильм сделан. Подробно, кадр за кадром, проследят кульминацию фильма: казаки садятся на коней, Ниловна со знаменем; казаки пришпоривают коней, словно со знаменем; занесенная над Ниловной казачья Шашка… Старейший оператор А. Д. Головня, работавший В. Пудовкиным, расскажет, как усилил последний возможности кино. Поставив в центр повествования человека из народа он и всю изобразительную сторону картины сделал реалистичной предельно: устранил грим, условность костюмов, какую бы то ни было декоративность. Расскажет о том, какую огромную роль в кинематографическом языке В. Пудовкина приобрела монтажная метафора,- и мы, неискушенные зрители, видим, как неудержимо движутся эти вздыбленные ледоходом льдины, как чередуются эти картины ледохода с кадрами, изображающими рабочую демонстрацию.
Зритель и сам не заметил, как начал и вспоминать свое, поразившее его лично и навсегда запомнившееся, и активно размышлять над происходящим. Ненавязчиво и доходчиво внушается ему, что это за штука такая – особый язык кино.
«Подлинные явления искусства редки, как алмазные зерна, звучат с экрана слова М. Ромма.- И возникают они не в безвоздушном пространстве, а в живительной атмосфере поисков многих художников,- как тех, кто достиг творческих высот, так и тех, кто не успел осуществить свои замыслы…» Эта живительная атмосфера между тем уже возникла и в самом фильме,- она-то и активизирует зрительское восприятие, зрительскую мысль.