Живые фигуры взрослых

Не выдержали, свернули! Вдруг испугались: «Это же для детей!» Вспомнили про ту самую «детскую компетенцию». И ребята – кто поверит этому! – ребята сами выпустили из рук свой единственный Юрьев день, сами покинули лагерь. Отправились в очередной поиск – по следам отряда, погибшего в гражданской войне. Ко многим фильмам о следопытах присоединился, таким образом, еще один. Только и всего. Только это и состоялось.

И живые фигуры взрослых отодвинулись, отошли в тень. И ребята, живые, лукавые, вполне современные ребята, будучи помещены в ситуацию ложную, искусственную, как по мановению ока превратились в подобие манекенщиков, украшающих витрины «Детского мира». Эдакие безликие благонравные дети, из которых не запоминается ни один. Только то и запомнилось, как миловидная девочка сказала кому-то из ребят: «Как ты разговариваешь с младшим товарищем?» В обычном детском разговоре сказала, не с высокой трибуны. Что-то в этом роде сказал бы, наверное, манекенщик с витрины, если дать ему, конечно, слово.

Как они разговаривают по прихоти режиссеров и сценаристов, бедные ребята так называемых «детских» фильмов! «Эта злополучная шпаклевка!» – восклицает в неподдельном отчаянии героиня фильма «Юлька» Одесской киностудии. Ничто, кроме «злополучной шпаклевки», ее, ученицу ПТУ, не интересует всерьез. «Можно ли любить и быть передовиком производства?» – с тревогой спрашивает герой другого, азербайджанского фильма. «И это говорит председатель совета отряда!» – в ужасе восклицает третий, из казахского фильма,- не на собрании восклицает, в обстановке, так сказать, приватной, на морском берегу.