Самое массовое из искусств

О музыке хотя бы не судят: «Не знаю, не знаю. Я, видите ли, не специалист…» Или – судят, но без претензий на компетентность: «Лично мне скучно, мне бы попроще что-нибудь…»

О кино судят все. Иначе и быть не может. Мы уже процитировали ленинские слова: самое массовое из искусств. О кино все и всё понимают. Спорят до  хрипоты.  Отстаивают свои пристрастия. Приникают к телевизорам, когда передают «Кинопанораму», штурмом берут Дворец спорта, чтоб взглянуть на любимых киноактеров. Расхватывают абонементы на фестивали. Подписываются на киножурналы и читают все рецензии на кинофильмы,- интересно соотнести свое впечатление о фильме с тем, что пишут специалисты.

Но искусству кино не учит никто. Точнее почти никто. Мы только что упомянули о Международной консультативной встрече 1975 года,- подобная встреча уже говорит о том, что лед тронулся и что-то в этом направлении делается. Так вот о том, что именно делается и что каждый из нас в меру своих сил может сделать, об этом мы будем говорить несколько ниже.

Публицист, неоднократно выступавший по вопросам воспитания, столкнувшийся однажды и с детским кинематографом тоже, в этой книге я хотела бы пока просто поделиться некоторыми своими соображениями о том, что это такое – детский кинематограф. Какие вопросы он поднимает, как это ему удается. Какую пользу при соприкосновении с ним можно принести хотя бы собственным детям. И что такое наши дети? Это, между прочим, тоже немаловажно.

Называя целый ряд проблем, связанных с детским кинематографом, отваживаясь говорить не только о проблематике его, но и о специфике киноязыка вообще, я, автор, оставляю за собой право быть в предстоящем разговоре отнюдь не специалистом, не киноведом, но всего лишь публицистом – от начала и до конца. Публицист призван ставить вопросы, которые так или иначе его волнуют, но отнюдь не всегда обязан давать на эти вопросы ответы исчерпывающие.

Итак, для начала: что такое самый предмет нашего разговора -т кинематограф детский?